О, будущее, в чём же твоё исток?
В однажды предугаданном мгновении,
В не видимом для глаз стихотворении,
Прочитанном случайно между строк?

В своём начале ты уже итог.
Грядущее, твой смысл- самосожженье!
Ты жадный, но единственный глоток
Припавшего к мечте в изнеможенье.

Ты завтра, в настоящем и в былом.
Тебя творят и рвут без сожаленья.
Грядущее, твой смысл-самосожженье,
Но не сгорай, не одарив теплом!

Отправляюсь не в крайний, а в последний полёт.
Пусть в отсеках для всех бесполезные грузы.

Пусть сказали, что ночь никогда не пройдёт:
И ни прочные узы, ни прочие узы
Эта трасса не свяжет.
Полёт в никуда
Может всё же прерваться,но лишь на восходе.

Только тьма не кончается, и города
Не дают мне посадки.

Уже на исходе
Всё, что душу мою в небе держит пока.

Но моторы из стали устали и сдали ...
И на крыльях моих из свинца облака
Несвободы и злобы.

Непригодными стали
Для случайных посадок поляны давно.
Где ни сядь – всё болото. Засосёт и раздавит,
В лучшем случае выплюнет, грязного, но
Ни следов, ни стихов - ничего не оставит.

Там для птиц предначертан позорный исход.
Крылья из серебра станут грязного цвета.

Нет уж!
Лучше лететь, предвкушая восход,
И упасть.

Там, где ты,

Накануне рассвета .

Король доживает последние дни.
Он взглядом обводит покои свой:
Застывшие стены. Остывший камин.
Король перед смертью остался один.

Он пьёт и смеётся. Он весел и пьян.
За окнами стынет вечерний туман,
Тяжёлый, как занавес. Сыграна роль.
Без грусти со сцены уходит король.

В спектакле судьбы он достойно играл:
За труд награждал, за измены карал.
Суды над другими без злобы вершил.
И был на вершинах, и падал с вершин.

Он знал и любил свой народ и страну,
Охоту и женщин, вино и войну.
Свободу и звучное слово «Вперёд!»-
Не думал король, что от яда умрёт.

Но губ постепенно смыкается ширь.
И труппа ждёт труп в закулисной тиши.
Пока на счастливые лица свои
Надели печальные маски они.

Король доживает последние дни.

Я люблю тебя по-прежнему,
Не склонённая к кресту,
Не пришедшая к воскресшему
Убиенному Христу.

Утомлёнными руками ты
Укажи мне путь домой,
Где хранятся книги памяти,
Нашей памяти с тобой!

Будь нежной,
Как этот вечер,
Что лёг на плечи
Нам шалью снежной.

Будь нежной,
Как звон капели,
Как дождь, который
Пойдет в апреле.

В век грубый
Пусть наши губы,
Всегда друг к другу
Припав поспешно,
Встречают нежность.

Как неизбежность.

Когда дороги непроходимы,
Нам очень много необходимо.
Пусть одуревших от тьмы и смрада
Спасает нежность идущих рядом!

Светочка моя.
Веточка моя.
Я твой желтый лист.
Что же ты меня
Бросила в огонь
Осени чужой
И сожгла меня,
Светочка моя...

Возрадуемся жизнью!
Гименею
Исполним прославляющую песню!
Пусть наши души от любви пьянеют
И губы, словно розы пламенеют!

Нет.
Снова не твои шаги в подъезде...

Вчера умерла Светлана.
Без мук и без бреда – сразу.
Об этом никто не знает, кроме меня, никто.
Я был у её постели.
За дверью, но всё же рядом,
Там, где висело иранское поношенное пальто.

Она умирала тихо,
Зубами грызя подушку.
И плач её поглощала влажная простыня.
Она не звала на помощь
Ни мамочку, ни подружку…
Ну а моих «инъекций»
Хватило лишь на два дня.

Конечно же, мой диагноз
В принципе был не верен:
Мне жаль было Светку бросить
В рентгеновские лучи.
А всяким гомеопатам
Я никогда не верил.

Верил,что живо сердце,
Если оно стучит...

Вот я.
Вот мир.
А между нами ты
Была...

Теперь
Какое-то пространство.
Не упрекаю за непостоянство.
Благодарю за новые мечты.

Пусть пьёт другой
Твои глаза во тьме.
За всё тебе, любимая, спасибо!
Свой изменой доказала ты,
Что мне везёт на умных и красивых.

Я верую, что, утро торопя,
Любовь меня не раз ещё разбудит.

Вот только жаль,
Что рядом нет тебя.
И никогда
Теперь уже не будет.

За окошком снова темно,
Ветер, листопад и т.д.
Всё у нас прошло, как в кино,
В стерео формате 3D.

Это всё случилось давно:
Ты пришла и просто была.
И дешёвым было вино,
И чудны господни дела.

Наши души в ад торопя,
Что творили мы по ночам!
Краше и умнее тебя
Я потом нигде не встречал.

Совершил я много грехов,
Никого ,увы, не любя.
Написал всего пять стихов,
И они, все пять, про тебя.

Приезжай, гитару возьмём.
Пару наших песен споём.
В одиноком мире моём
Можно выжить, если вдвоём.

В голове как титры в кино:
Жду тебя! Скорей приезжай!

За окошком снова темно.
И погода - сущая дрянь!

Какая ты?
Мне песни каждый день
Слагать, родная, хочется об этом.
Ты соткана из таинства теней.
Ты создана из солнечного света.

Век нынешний сердцам своих людей
Отдал стихи былых тысячелетий,
Рассвет и звёзды, музыку и ветер.

И это всё
В улыбке есть твоей!

Ты в жизни моей горошина.
Я в жизни твоей горошина.
Мы только пока хорошие,
А завтра всё будет брошено.

Ты пьёшь за моё Высочество.
Я пью за твоё Величество.
Дарить нам друг другу хочется
Не качество, а количество.

Признаний, восторга, радости-
Всё просто и просто сказочно!
Но эта твоя загадочность
Давно уже мной разгадана.

И утром всё будет брошено.
Мы завтра вернёмся в прошлое,
В котором и я горошина.
В котором и ты горошина.

Между нами, между нами
Фразы с модными словами,
Песни с мёртвыми стихами
Между нами, между нами.
Мир с потухшими огнями,
Горы с вечными снегами,
Дождь, похожий на цунами,
Между нами.

Я устал и ты устала.
Мы усталые металлы.
Мы дешёвые кристаллы
И потухшие вулканы.
СМС–ки между нами
С сокращёнными словами.
Только вирусы и спамы
Между нами.

И весна не наступает.
Снег то тает, то не тает.
Грязь направо и налево.
Раскололось наше небо
Пополам, тарелка вроде,
По полам чужим мы ходим.
То теряем, то находим,
А потом совсем уходим.

В неизбежность, там, где память,
Чтобы слабыми руками
Собирать родные камни-
Всё, что было между нами.

Между нами, между нами
Город с яркими огнями,
Ночи с ласковыми снами
Между нами, между нами
Песни с добрыми стихами
Нежность с тёплыми руками
Счастье с детскими глазами
Между нами, между нами.

Не верю я в отчаянье
нечаянной любви.
И скуп на обещания,
как скряга на рубли

Печально ложкой чайною
покачивая чай,
Ты мне свою случайную
любовь не обещай.
Ни вечером,
ни вечную и даже не на час -

Всё в мире переменчиво,
касаемое нас.

Остановись, мгновенье, ты прекрасно!
Останови , родная, этот взгляд!
Он беззащитен, искренен и ясен,
-Люблю!- твои глаза мне говорят.

Ветра, остановитесь, не спешите
На крыльях утра принести рассвет.
Часы, я умоляю, не стучите!
Замри весь мир, замри на сотни лет!

Пусть море сдержит бешеные волны,
На травах не появится роса,
Но пусть всегда вот этим светом полны
Твои родные карие глаза!

Не уходи, прошу тебя, останься!
Ты мне нужна, как рифма к слову «жизнь».
В любви моей неприхотливом танце
По-прежнему доверчиво кружись!
Не уходи, родная, разве порознь
Нам будет проще, лучше, и теплей?
Мы зря порой свою возносим гордость
Превыше неба радости своей.

Не уходи же, первая из женщин,
Чьим поцелуем бешеным одним
Я был зажжён, обласкан, искалечен
И вдохновлен, и проклят, и любим !

Прощай, мой друг!
Печаль не чай-
Не закипает и не стынет.
Душа пуста.
Итак, прощай,
Моя последняя святыня!

Пусть виноват не я один,
Прощай, оставшись неподсудной!

Моё израненное судно
Пусть увлекут во мглу глубин
Бог Посейдон- гроза морей
И Бахус - ласковый обманщик.

Но Купидон, беспечный мальчик,
Легко и звучно , как шарманщик,
Не тронет вновь души моей.

Присядь на корточки
И подбери стекло,
Разбитое красивыми руками!

Я прост, как форточка -
Открыть меня легко,

А ты опять
В меня швырнула камень...

Ужасный век,
А я пишу сонеты.
Шекспир, Петрарка, Данте там, в аду
Простят ли мне мою забаву эту,
Когда я в Тартар, как в метро сойду.
Но что же делать, я открыл звезду,
Светящуюся тем волшебным светом,
В котором все растения планеты
Цветут теперь на радость и беду!
Опять вдыхаю я ветра надежды.
И снова пьян от их порывов нежных.

Ни в чьей не задержавшийся судьбе,
Истративший так много рифм напрасно
Я снова жив благодаря тебе,
Пусть жизнь есть сон, пока она прекрасна!

Верность, ревность, нежность
Для нас двоих звучали годы.
Где же, где же, где же
Мы потеряли эти ноты?
Верность, ревность, нежность…
Как совершенство чистоты
Пелась, пелась, пелась
Под этим небом только ты.

Смехом, плачем, криком
В нас оживали ноты эти.
Тихо, тихо, тихо,
Как стало тихо на планете.
Криком, плачем, смехом
Ещё владеют небеса.

Это
эхо!
Эхо!

И в нём чужие голоса.

Я мало жил и видел очень мало.
Не знал дорог и часто шёл не там.
Брал влево, вправо - надо было прямо,
Но я был горд, самолюбив, упрям.

Не внемля ни запретам, ни советам,
Искал свой мир, прекрасный и большой,
Искал, как рифму, нужную поэту,
Как ноту – музыканту. И нашёл.

До той поры, конечно же, не знал я,
Что полюбить смогу кого-нибудь
Так бешено. В любом цветущем мае
Ту осень мне захочется вернуть,
Чтоб снова всё начать, чуть-чуть иначе:
Поймать Жар Птицу, но глаза свои
Не ослепить огнём её горячим
И не обжечь, чтоб видели они
Всё прозорливей, зорче и яснее
Любую даль и ту, что так близка.
Так было бы надёжней и честнее,

Итак: Октябрь. СССР. Москва:

Смешалось всё: дожди, молчанье, песни,
Конфеты, грусть, мельканье кинолент.
Вот только совместить не мог я вместе
Два титула: влюблённый и студент.

Забыты книги и друзья по группе.
Зачёты не тревожили совсем.
Девичьи нецелованные губы
Рождали миллионы новых тем.

Живи, река судьбы моей,
Бурли, моя река!
Пусть рядом будет каждый день
Любимая рука.
Пусть каждый день и каждый миг
Меняется волна.
А вместе с ней огромный мир
И звёзды и луна.

Не уводи меня в покой,
В излучинах кипи,
Слепи грозой,
Крути волной,
В своей воде топи,
Покруче выбери утёс,
Забросив на него
Корабль моих вчерашних грёз-
Не жалко ничего.

Да, я не ведаю, что ждёт,
Удача или крах.
Не превращайся только в лёд
В замёрших берегах!
Из русла можешь выходить,
В нежданный лечь туман,
Чертей по омутам плодить.
На дне хранить обман.

Но я прошу,
Пусть будет к ней
Волна твоя мягка!

Бурли, река судьбы моей,
Живи, моя река!

Я устал быть слабым.
Я устал быть нищим.
И у этой бабы
Я устал быть лишним.

Сентименты - к чёрту!
Мне слегка за двадцать.
Мне ещё в девчонок
Столько раз влюбляться.

Знаю, не враги мы,
Но она свободна.
А меня другие
Губы хоть сегодня
Так же обласкают.

Что ж я жду и медлю,
Шею пропуская
В галстукову петлю…

Не могу без тебя, не могу
Скоро год , как учусь я этому.
К нелюбимой хожу с букетами,
Леденеющими в снегу.

То не бреюсь по месяцам,
То часами торчу у зеркала,
И кажусь сам себе я церковью,
Неугодною небесам.

Злые черные купола.
Стонет колокол ненастроенный.

Ну зачем ты меня построила,
Освятила и предала!