Изгоем, в царстве мёртвых снов,
Я жил, с надеждою на рай.
Одно я понял – Башлачёв
Был прав! Переступив за край…

Тянутся в небе косяки –
Кто в Новый Свет,
Кто в Старую Европу.
Да только мне – не по себе.
Я остаюся здесь по к зоту!

«Родился, так пляши в огне»!
А ад, как ад, тут место много!
Играть на кухнях на струне.
Да песни петь, взяв шесть аккордов.

Великий Боже, нам прости,
Язычество в стихах и песнях!
Пой колокольчик! Пой! Звени
На шее Сашки поднебесье…

Июль 2013. 9 том.

РАДОСТЬ

Где то радость моя затерялась,
В лабиринте солнечных дней.
Лишь улыбка на память осталась,
От любви ненаглядной моей.

С тёплым ветром вдаль унеслася.
Светлым утром исчезла с росой.
Где то радость бродит по свету,
Где я раньше бегал босой.

Дни летят облаками по небу,
Уплывая в неведомый край.
Там где радость солнцем согрета.
Там где мы не знали печаль.

Где под радугой бегали вместе,
По высокой траве летним днём.
Там где радость смеётся как в детстве.
Там где сказка всегда перед сном.

Декабрь 2013

Где же ты мой кабальеро?
По тебе девчонка плачет.
Ты забыл её в Сан-ремо,
Беспокойный, грустный мачо.

Ты ушёл, она осталась.
Слёзы вытирая куклой.
От корриды отказалась.
И тореро ей обузой.

По тебе грустят красотки!
Волны моря ножки лижут.
Ну а ты в дыму и в водке,
Прожигаешь жизнь без грима.

Где сегодня рвёшь ты струны,
С беспокойством Арлекина?
В Ленинграде иль Бобруйске?
По тебе грустит Мальвина!

Где же ты мой кабальеро?
Почему гитара плачет?
Сан-Диего и Полермо
Помнят музыканта Санчо!

Где же ты мой кабальеро?
Почему девчонка плачет?
Сан-Диего и Полермо
Ждут тебя как пилигрима!

Посвящается «Анатолию из Новобуфетска».
(Анатолию Матросину. Смотри Аркадий Северный
И Братья Жемчужные «Ленинградский Диксиленд»
1977).

9 том. 2014.

Серенький мышонок был действительно серым. У него был маленький, чёрненький носик и хвостик. А ещё он жил в подземном городке, под холмом, на окраине леса, в уютной норке, вместе со старшими братьями и сёстрами.
По отношению к ним, он был очень странным мышонком. Он очень любил воду и всё, что с ней связано. Когда всё население маленького, подземного городка совершало набег на соседнее поле за зёрнами пшеницы, в целях заготовки припасов на холодную зиму, наш маленький друг, мог часами купаться в придорожной луже, играя в пятнашки с головастиками. Или смотреть с крутого бережка, на волны лесной речки, считать листья или шишки, плывущие по ней. Или просто мечтать.
За это ему постоянно доставалось от отца, Старой Серой Мыши, который запирал его в тёмном чулане. Или ставил в чёрный угол.
Братья и сёстры смеялись над ним, за глаза называли мечтателем и фантазёром.
И лишь мама маленького, серого мышонка, Пожилая Седая Мышь, жалела его и приносила кусочек голландского сыра. Она понимала его, так как в родстве по дедушкиной линии, какая-то прабабушка была из рода речных водоплавающих мышек. Может в седьмом поколении природа сыграла злую шутку над малышом, передав ему водяные гены, какой-то дальней родственницы.

Однажды во время осеннего сбора лесных орешков и желудей, Серенький, а именно так звали нашего героя, отстал от своих сородичей. Он прополз мимо коряг, поваленной молнией сосны, прячась за высокую траву, устремился на бережок чистой речки, на своё излюбленное место, возле плакучей ивы.
Едва он перевёл дух и уселся в позе мыслителя, как увидел маленький плот, медленно плывущий вниз по течению.
На маленьком плоту сидел маленький ёжик и улыбался. Плотик зацепился за ветку ивы, которая склонилась над водой, и пристал к берегу.

---- ----------------------------------------------------------------------------
---------------------------------------------------------------------------------------
-------------------------------------------------------------------------------------------

Пацаны на Сканьях,
Пацаны на Вольво,
За баранкой день и ночь,
Крутят шар земной.
Впереди дорога.
Позади дорога.
Дома ждут. В ремзоне ждут
Пацанов домой!

Пацаны серьёзные.
Пацаны надёжные.
На паромах не шумят –
Может лишь чуть – чуть.
«Шрек» душонка тёмная,
Текилою заполнённая,
К персоналу женскому,
Немножко пристаёт!

Длинная дорога –
То в поля, то в гору.
Чёрная Скамейка,
На Берлин летит.
То Кондрат Серёга,
В мае, на пороге,
Немецкого Рейхстага,
Пьёт, за всех водил!

А Козлов Андрюша,
Наша невезуша –
То в Финляндии неделю,
То ножку поломать!
А потом на палках,
Идёт по автопарку,
С гордой головою,
Деньги получать!

Есть водитель Владик –
Дерево искатель!
Ищет он деревья,
С дельфинчиком вдвоём.
Нет, не на стакане!
Может быть по пьяни –
Бегают деревья!
Мельчишат кругом!

Есть ещё «Архангел» -
Водитель не забавный.
Правильный парнишка!
В общем – профсоюз!
Серёга Ворошилов –
Как бы не грешил он,
Но поляки знают –
Он бубновый туз!

Да, ребят здесь много!
Дальняя дорога –
Кто на Финку, кто к норвегам,
Ездят кореша.
Франция, Голландия,
Немецкая земля.
По Европе колесят
Верные друзья!

Август 2013. 9 том.