Стихотворения пользователя
Маленький, пластмассовый солдатик
Отвоевал, десятилетье за спиной.
На свалку, как не нужный фантик,
Был выкинут не дрогнувшей рукой.
Судьба – злодейка изменилась.
Сражался честно, как герой!
Да только всё переменилось –
Хозяин вырос. Он большой.
Из пистолета присосками стреляли.
С линейки резинкой били наповал.
Вокруг него кубики летали.
Солдатик падал, но вновь вставал!
Под парусом он бороздил просторы
Дворовой лужи – вдоль и поперёк.
Летели камни, палки от забора,
Но он всплывал – пластмассовый герой!
Теперь на свалке, дождик хлещет.
Здесь очень грязно и темно.
Так почему, мы забываем вещи,
Что нам дарили радость и тепло?
Но снова мир перевернулся –
Из детского дома мальчуган,
Нашёл, протёр и улыбнулся.
И положил себе в карман…
9 том январь 2014.
Зелёнкой намазан нос.
Под глазом – фингал.
Он просто ещё не дорос,
До настоящих драк.
Он просто ещё малыш,
Весёлый и озорной.
Но постоять готов
За девочку с длиной косой!
После работы отец,
Купит вкусный пломбир.
Скажет с теплом – Молодец!
Я горжуся тобой!
Ты у меня герой!
Мама всплеснёт рукой.
Поругает тихо, слегка.
Он просто иначе не мог…
Наверное, весь в отца…
Декабрь 2013.
Этот город поблек
Без твоей красоты.
Побледнели мосты.
Потускнели дворцы.
Поседели, скучая
На мостиках львы.
Без твоей доброты.
Без твоей красоты.
Этот город поблек
Без твоей красоты.
Проливные дожди.
У прохожих зонты.
Холодный ветер
Дует с серой Невы.
Без твоей доброты.
Без твоей красоты.
Этот город поблек
Без твоей красоты.
Не поют соловьи.
Пожухли цветы.
На бульварах и в парках
Шёпот листвы.
Без твоей доброты.
Без твоей красоты.
Сентябрь 2014.
Я пропах табаком и спиртом.
И давно на вас махнул рукой.
Ты проходишь подиумным флиртом.
Занимайтесь сексом меж собой!
Вопросы сыплются из уст –
Машина есть? Квартира? Дача?
Вы принца ждёте или куст,
Трясёте с евро, чуть не плача?
Увы, любви уж нет, один расчёт –
Кто зарабатывает и сколько!
Кто сколько положил на счёт.
Разводов больше свадеб!
Незадача!
Крутитесь вы в своём котле!
Я не подойду и не заплачу.
Пусть принцы к вам являются во сне!
Я пью за мужиков! И за удачу!
Сентябрь 2014
Помилуйте меня. Сейчас.
Все те, кто был любим и дорог.
Не после смерти. Нет. Сейчас!
Чтоб не уйти от вас изгоем…
Листая годы и мечты,
Я жил с надеждой на любовь.
Уставший ветер – пилигрим,
Рассказывал виденья снов.
Не всё сложилось, как хотел.
Не получилось. Не сложилась.
Весёлый шут бубенчиком звенел.
Да только строчка не ложилась.
Простите за грехи, что совершал.
Простите за стихи и песни.
За тех, кого я ненароком обижал,
Срывав вуали лжи и лести.
За голос, что немного с хрипотцой,
Звучит в просторах интернета.
За пьянство, дебоширство под луной.
За пять аккордов, от зимы до лета.
Помилуйте меня сейчас!
Пока я жив. Пока кому то дорог.
Не после смерти! Нет! Сейчас!
Чтоб не уйти от вас изгоем!
Август 2013. 9 том.
Где же ты мой кабальеро?
По тебе девчонка плачет.
Ты забыл её в Сан-ремо,
Беспокойный, грустный мачо.
Ты ушёл, она осталась.
Слёзы вытирая куклой.
От корриды отказалась.
И тореро ей обузой.
По тебе грустят красотки!
Волны моря ножки лижут.
Ну а ты в дыму и в водке,
Прожигаешь жизнь без грима.
Где сегодня рвёшь ты струны,
С беспокойством Арлекина?
В Ленинграде иль Бобруйске?
По тебе грустит Мальвина!
Где же ты мой кабальеро?
Почему гитара плачет?
Сан-Диего и Полермо
Помнят музыканта Санчо!
Где же ты мой кабальеро?
Почему девчонка плачет?
Сан-Диего и Полермо
Ждут тебя как пилигрима!
Посвящается «Анатолию из Новобуфетска».
(Анатолию Матросину. Смотри Аркадий Северный
И Братья Жемчужные «Ленинградский Диксиленд»
1977).
9 том. 2014.
Таня, Танечка, свет мой в окошке,
Я стремлюсь к тебе! Поверь!
Звёзды меркнут на луной дорожке,
От улыбки прекрасной твоей!
Дни листает задумчивый ветер.
Время вдаль утекает рекой.
Я рисую тебя на рассвете,
В белом платье, весной,
Под Москвой.
Акварелью из строк, рифмой красок,
Где слова лишь наброски на холст,
Как царевну из Пушкинских сказок,
Я тебя рисую всерьёз!
Образ твой, над Окой, светл и ясен!
Нежность губ, как сладость вина!
Словно лик Магдалины прекрасен!
Я тобою пленён навсегда!
Январь 2015.
Серенький мышонок был действительно серым. У него был маленький, чёрненький носик и хвостик. А ещё он жил в подземном городке, под холмом, на окраине леса, в уютной норке, вместе со старшими братьями и сёстрами.
По отношению к ним, он был очень странным мышонком. Он очень любил воду и всё, что с ней связано. Когда всё население маленького, подземного городка совершало набег на соседнее поле за зёрнами пшеницы, в целях заготовки припасов на холодную зиму, наш маленький друг, мог часами купаться в придорожной луже, играя в пятнашки с головастиками. Или смотреть с крутого бережка, на волны лесной речки, считать листья или шишки, плывущие по ней. Или просто мечтать.
За это ему постоянно доставалось от отца, Старой Серой Мыши, который запирал его в тёмном чулане. Или ставил в чёрный угол.
Братья и сёстры смеялись над ним, за глаза называли мечтателем и фантазёром.
И лишь мама маленького, серого мышонка, Пожилая Седая Мышь, жалела его и приносила кусочек голландского сыра. Она понимала его, так как в родстве по дедушкиной линии, какая-то прабабушка была из рода речных водоплавающих мышек. Может в седьмом поколении природа сыграла злую шутку над малышом, передав ему водяные гены, какой-то дальней родственницы.
Однажды во время осеннего сбора лесных орешков и желудей, Серенький, а именно так звали нашего героя, отстал от своих сородичей. Он прополз мимо коряг, поваленной молнией сосны, прячась за высокую траву, устремился на бережок чистой речки, на своё излюбленное место, возле плакучей ивы.
Едва он перевёл дух и уселся в позе мыслителя, как увидел маленький плот, медленно плывущий вниз по течению.
На маленьком плоту сидел маленький ёжик и улыбался. Плотик зацепился за ветку ивы, которая склонилась над водой, и пристал к берегу.
---- ----------------------------------------------------------------------------
---------------------------------------------------------------------------------------
-------------------------------------------------------------------------------------------
Шаг за шагом к тебе приближаюсь.
День за днём встречаю рассвет.
С прошлой жизнью тихонько прощаюсь,
Мотыльком лечу на твой свет!
Беспокойство своё не скрываю –
Как посмотришь, заговоришь?
Подойдёшь, поцелуешь – оттаю,
На вокзале у старых афиш.
Тёмной ночью тебя я согрею!
Светлым днём, радость дарю!
Лишь тобой, моё счастье, болею!
Лишь тебя, мой ангел, люблю!
Январь 2015.
Пацаны на Сканьях,
Пацаны на Вольво,
За баранкой день и ночь,
Крутят шар земной.
Впереди дорога.
Позади дорога.
Дома ждут. В ремзоне ждут
Пацанов домой!
Пацаны серьёзные.
Пацаны надёжные.
На паромах не шумят –
Может лишь чуть – чуть.
«Шрек» душонка тёмная,
Текилою заполнённая,
К персоналу женскому,
Немножко пристаёт!
Длинная дорога –
То в поля, то в гору.
Чёрная Скамейка,
На Берлин летит.
То Кондрат Серёга,
В мае, на пороге,
Немецкого Рейхстага,
Пьёт, за всех водил!
А Козлов Андрюша,
Наша невезуша –
То в Финляндии неделю,
То ножку поломать!
А потом на палках,
Идёт по автопарку,
С гордой головою,
Деньги получать!
Есть водитель Владик –
Дерево искатель!
Ищет он деревья,
С дельфинчиком вдвоём.
Нет, не на стакане!
Может быть по пьяни –
Бегают деревья!
Мельчишат кругом!
Есть ещё «Архангел» -
Водитель не забавный.
Правильный парнишка!
В общем – профсоюз!
Серёга Ворошилов –
Как бы не грешил он,
Но поляки знают –
Он бубновый туз!
Да, ребят здесь много!
Дальняя дорога –
Кто на Финку, кто к норвегам,
Ездят кореша.
Франция, Голландия,
Немецкая земля.
По Европе колесят
Верные друзья!
Август 2013. 9 том.
В который раз, в блокноте,
Твой образ строчками рисую –
Причёску, карие глаза,
Которые забыть нельзя!
Твой взгляд, милый и родной,
Изгиб бровей на взлёте –
Всё просто, я без тебя тоскую!
Я тороплюсь к тебе успеть…
Бежать на поезд, спотыкаться!
Чтоб вновь, в который раз
Тонуть в сиянье глаз!
И лишь тебе одной
Писать стихи и песни петь!
С тобой и засыпать, и просыпаться!
Я тороплюсь жить, дышать!
Тебя любить и счастьем наслаждаться!
Гореть свечою в темноте,
Светить тебе, всегда, везде!
Хочу, чтоб ты была со мной,
И губы нежно целовать!
И за тебя молить, и волноваться!
Февраль 2015
Вот и всё, нет любви между нами.
Рябина качает листвой.
И только девчонка в жёлтой панаме,
Смеётся вновь надо мной.
Опять одиноким бродягой,
По жизни иду не спеша.
Случайные встречи – наградой,
За грусть и печаль без тебя!
Дождик тихонько крадётся
По лужам. Стучится в мой дом.
Проказница осень смеётся,
Под жёлто – красным зонтом.
А может всё обойдётся?
И солнце разгонит туман!
Принцесса к бродяги вернётся,
Что б дописать наш роман!
Август 2014
9 том.
Помилуйте меня. Сейчас.
Все те, кто был любим и дорог.
Не после смерти. Нет. Сейчас!
Чтоб не уйти от вас изгоем…
Листая годы и мечты,
Я жил с надеждой на любовь.
Уставший ветер – пилигрим,
Рассказывал виденья снов.
Не всё сложилось, как хотел.
Не получилось. Не сложилась.
Весёлый шут бубенчиком звенел.
Да только строчка не ложилась.
Простите за грехи, что совершал.
Простите за стихи и песни.
За тех, кого я ненароком обижал,
Срывав вуали лжи и лести.
За голос, что немного с хрипотцой,
Звучит в просторах интернета.
За пьянство, дебоширство под луной.
За пять аккордов, от зимы до лета.
Помилуйте меня сейчас!
Пока я жив. Пока кому то дорог.
Не после смерти! Нет! Сейчас!
Чтоб не уйти от вас изгоем!
Август 2013. 9 том.
Не пил ни грамма, я клянусь!
С утра не похмеляюсь.
В её глаза взглянул, моргнул
И понял, пропадаю!
В Аланье гид, поведал нам,
Всем тем, кого нашёл –
Что есть земля, что есть моря!
И лекцию прочёл.
Израиль, мёртвые моря,
Голгофа, Иордан.
А вы сидите здесь друзья,
Не ведая, что там!
Ты захотела посетить
Израиль и Стену Плача.
Когда я за себя платил,
То думал, что заплачу!
По двести баксов сняли с нас.
И я махнул рукой!
Когда ещё, в который раз,
Я полечу «домой»!
На «землю предков» я лечу!
Свобода! Красота!
Быть может «родственников» найду!
Или они меня!
Я познакомился с тобой,
За два дня до отлёта.
Ласкало солнце! Пел прибой!
Ты Таня! Я Алёша!
Ты волновалась, а я нет –
Жуя сосиску в тесте.
Передаю я всем привет,
Кто знает мои песни!
В Анталии сидим и ждём
Посадки в самолёт.
Неспешно курицу жуём,
Картошку фри, компот.
Задержан рейс на два часа.
Нас кормят. Сервис всюду.
В Стамбуле ветер и гроза.
А «Боинг» наш от туда!
Какой-то лысый в Дюти фри
Переборщил с бутылкой.
Но если выпил, так молчи!
Или играй улыбкой!
Он поднял панику, крича –
Вы, что тут, обалдели!
Ведь там стреляют! Там война!
И все как загалдели!
Мальчишку вызвал наш народ –
Агента из ТезТура.
Он людям объяснить не смог.
А я без перекура!
Забыв про прежние мечты,
Туристы шли на выход.
Я в кресло вжался у стены
И потихоньку фыркал.
Ты волновалася за дочь.
Ушла вместе со всеми.
Гоню я злые мысли прочь.
Остановилось время!
Осталась ровно пятьдесят
«Турецких крестоносцев».
Назло чертям, назло врагам,
Летим к евреям в гости!
Сентябрь 2014.
Изгоем, в царстве мёртвых снов,
Я жил, с надеждою на рай.
Одно я понял – Башлачёв
Был прав! Переступив за край…
Тянутся в небе косяки –
Кто в Новый Свет,
Кто в Старую Европу.
Да только мне – не по себе.
Я остаюся здесь по к зоту!
«Родился, так пляши в огне»!
А ад, как ад, тут место много!
Играть на кухнях на струне.
Да песни петь, взяв шесть аккордов.
Великий Боже, нам прости,
Язычество в стихах и песнях!
Пой колокольчик! Пой! Звени
На шее Сашки поднебесье…
Июль 2013. 9 том.
Тебя рисую кистью на холсте –
Узорами замысловатых букв.
Где звёзды меркнут в красоте
Твоих прекрасных глаз и губ!
Под солнцем юга, в голубой волне,
Русалкой ты плескалась в море.
Улыбкой, надежду подарила мне,
Что я забыл об одиночестве и боли.
Под пальмами, в тиши аллей,
Бродили мы с тобой неспешно.
Цикады пели, шелестел прибой.
Ты за руку мою держалась нежно.
Но дни летят и расставанье близко.
И между нами километры автострад.
Но знай малыш, твои читая письма,
Всегда узорам строчек рад!
Сентябрь 2014.
Я упоение искал в губах твоих.
В глазах зелёных доставал до дна.
Тонул. Мечтал. Всплывал во снах своих.
Дышал и жил, тебя любя!
С безумством Сальвадора, кистью на холсте,
Пытался рисовать твои черты и блики -
Где утренний рассвет купается в листве,
На фоне обнажённой Эвридики.
Какие краски! Смелые мечты!
Дышать и чувствовать дыханье.
Поэтом быть во имя красоты!
Художником во имя покаянья!
Тебя рисую строчкой на листе –
Улыбку задумчивой Джоконды.
Переплелося всё - Краски на холсте.
Слова любви и музыки аккорды!
Тонуть, всплывая от радости крича!
Любить и быть любимым без причины.
Мечтать, летая где-то в облаках.
И снова жить под звуки лиры!
9 том. Июль 2013.
Уставший клоун, тихонечко присел,
Возле старых, покрашенных дверей.
Он уже не молод.
Он уже старик.
И с каждым днём всё тяжелей даётся
Выход на арену.
Смешить людей.
Старые двери, покрашенные в зелёный цвет,
Сколько они повидали, за сотню с лишним лет.
Люди приходили.
Люди выходили.
С собой частичку детства в сердце уносили.
Старый клоун устал.
Болит голова.
Но он доиграл свою роль до конца.
В партере сидели дети
Из детских домов.
И клоун дарил им радость
Смех и тепло.
Немножко посидит
И он пойдёт домой.
В ночной подсветке,
Сияющий цирк засыпал,
За его спиной.
Он шёл по старой улице.
Он шёл в свой старый дом.
В нерасселянную коммуналку,
Которая где-то там, за стеной.
Ночью клоуну приснились дети.
Их весёлый, радостный смех.
Он улыбнулся во сне.
Он понял,
Что не зря выходил на арену
Много, много лет…
Сентябрь 2014.
ОЧЕРК
За волною катилась вторая волна. И так – до бесконечности. Вечный прибой. Алания. Я стоял на бульваре, под пальмой, возле парапета и смотрел на море. На Средиземное море. Солёные волны ласкали песок. Пляж Клеопатры. Жара. Полдень. Пели цикады. Достал сигарету и закурил. С наслаждением вдыхая вместе с табаком полуденный зной. Смотрел на волны, на пляж. Пытаясь запечатлеть, запомнить все детали, даже самые мелкие и незаметные. Детали этого пейзажа. Невдалеке проплывали моторные яхты – двухпалубные и трёхпалубные. На них устраивают пенные дискотеки. Для туристов. Ловят рыбу. С них купаются в открытом море. Весело. Наверное…
А я стоял и смотрел на море. На Средиземное море. Сегодня мой последний день в Турции. Ты уехала с дочкой этой ночью. Я не провожал. Ты просила. Я сдержал слово. Хотя было не легко.
Целое утро я бродил потерянный по пляжу. Собирал белые ракушки. Вспоминал тебя. Сердце, моё сердце билось в груди. Ему было тесно в клетке, за решёткой. За рёбрами. Оно хотело птицей вылететь из плена и лететь, лететь в след за самолётом, уносившим тебя в далёкую Россию. В далёкую Москву. Тяжело. Пусто.
Я стоял у парапета и курил. Вспоминал. Сигарета закончилась и я закурил новую. Мне было не по себе. Казалось я теряю, что-то очень для меня важное. Или наоборот – нахожу! Шаг за шагом. Вершок за вершком – я вспоминал.
Я приехал в гостиницу около девяти вечера. Кинул сумку на рецепшене и пошёл ужинать. Потом зарегистрировался. Турок проводил меня в номер. Двухместный номер. Я спросил
-Я буду здесь жить один?
Он ответил
- Да.
Дал ему доллар на чай. Успокоился, что буду жить без соседа.
На утро после завтрака пошёл купаться. А в двенадцать часов была назначена встреча с нашим отельным гидом из ТезТура.
И там я увидел тебя. В первый раз. Ты сняла тёмные очки…
Была экскурсия в Израиль. Ты с дочкой, я сразу понял, что девушка сидевшая рядом с тобой, твоя дочка. Ну так вот. Ты захотела поехать.
Нужно было завязать разговор. Хотя бы перекинутся для начала парой фраз. Я, что-то спросил про Израиль. Что именно, уже не помню. Ты ответила, что нужно обязательно поехать. Что экскурсия выпадает на день какого-то святого. Что это просто удача. Что нам повезло.
Я думал. Пошёл пообедал, а потом тоже купил себе билет на эту экскурсию. Что-то, или кто-то подтолкнул меня к этому. Может твои удивительные карие глаза, когда ты сняла очки от солнца? Или мой ангел хранитель? Мол, чего расселся? Море – морем, а жизнь идёт! Не тормози! Вот так. Я тебя увидел в первый раз.
Потом дня два мы не пересекались. Я съездил в Пумаккале. Приехал. И как-то около рецепшена снова увидел тебя. Спросил про Израиль. Сказал, что тоже еду. Сказал, что был в Пумаккале. Ты с дочкой заинтересовалась. Не помню когда, кажется после обеда, я сходил в номер и принёс фотоаппарат. И показывал вам снимки. Так и познакомились. Я узнал, что зовут тебя Таня. А дочку Алёна. Вернее, Алла. Только ты называешь её Алёной.
Потом мы вместе купались. С тобой было хорошо и легко. С тобой я был самим собой.
Ты спрашивала, я рассказывал.
Я рассказывал, ты спрашивала.
У тебя было очень много вопросов. Да и мне скрывать было нечего. Да. Оказывается, и так бывает. Так и познакомились.
- - ---- ---------------
- --------- ----- ----- -
------------ --------------
И вот вы улетели. Я улетаю сегодня ночью. Ещё целая вечность! Почему-то не спокойно сердцу. Я так и не понял тогда, я что-то потерял, или что-то нашёл? Я привык доверять своим ощущениям. Я знал, что сердце само, без моего разума разберётся. И оно разобралось! Я нашёл! Нашёл тебя на берегу этого удивительного Средиземного моря! Я нашёл тебя на этом прекрасном жёлтом пляже! Где давным-давно, во глубине веков, прогуливались двое влюблённых – Антоний и Клеопатра.
Жара. А я вдыхаю её вместе с табаком, наслаждаясь каждой минутой, каждой секундой августовского, летнего, турецкого зноя. И своим новым ощущением в области сердца. Оно оказывается есть! Оно чувствует одиночество! Чувствует любовь! Оно живёт!
Значит будем жить!
Я сидел в баре. Пил пиво. Смотрел в темноту, туда где плескалось, играя пенистыми волнами Средиземное море. И вспоминал. Вспоминал тебя. До моего отъезда оставалось часов шесть. А я просто вспоминал…
А потом была поездка в Израиль. Мы сели в автобус на задние сиденья. Просто все передние были уже заняты. Ты сидела справа от меня. Пока мы ехали, ты рассказывала о себе. Только то, что считала нужным рассказать мне. Так я узнал, что ты директор школы, под Москвой. Мне было приятно сидеть рядом с тобой и слушать твой волшебный, удивительный голос.
Перед аэропортом мы заехали по ужинать в ресторан. Мы опять сидели вместе! Здорово!
Когда вышли, гид нам сказал, что наш самолёт задерживается и нужно забрать вещи из автобуса. Что мы поедем на другом. Мы взяли наши сумки и стали не спеша прогуливаться по дорожкам возле ресторана. На улице были накрыты столы. Сидели гости. Праздновали турецкую свадьбу. Я спросил тебя, зайдём, отметимся? Ты засмеялась! Или это ты спросила? А я засмеялся?
Наконец нас доставили в аэропорт. Но опять задержка рейса. По громкоговорителю объявили, что можно взять ужин за счёт аэропорта. И мы с Алёной пошли добывать еду. Позже ты мне призналась, что отпустив со мной дочку, даже не задумалась. Отпустила и всё! Что это тебе совершено не свойственно, отпускать свою дочку с мало знакомым мужчиной.
Мы принесли еду – картошку фри, курицу, лимонад. Я понял, что ты очень волнуешься и переживаешь перед полётом. Как мог я тебя успокаивал.
Какой-то лысый дядька переборщив с алкоголем из дьюти фри, поднял панику. Говорил, что в Израиле война, там стреляют. Все заволновались. Вызвали агента из Тез Тура. Но молодой парнишка толком объяснить взволнованным туристам, так нечего и не смог. Только сказал, что тому, кто не поедет, будут полностью возращены все деньги, потраченные на эту путёвку. Народ потянулся к выходу. Ты тоже пошла на выход с Алёной. Я не нашёл слов, что бы вас остановить. И очень сожалею об этом до сих пор! Потом ты призналась, что волновалась за дочь. Если бы мы ехали вдвоём, ты бы осталась. Но дети, есть дети! Это святое!
А у меня не было выхода. Мне обязательно нужно было к стене плача, чтобы загадать желание! Вернее, попросить Господа! Я понимал, что из России я в Израиль никогда не полечу. Для моего бюджета это слишком дорогое удовольствие.
Нас осталось ровно пятьдесят туристов. В нашем распоряжении был целый самолёт. Садились куда хотели! И полетели!
В Израиле наш гид Лена, посмотрев на нас, сказала
- Да, видно вам действительно нужно было, на Землю Обетованную!
Мы ночевали в Палестине, в гостинице. У моего соседа по номеру случайно оказалась бутылка коньяка. Кой мы и воспользовались, отметив наше пребывание на Святую Землю!
На утро позавтракав мы поехали на экскурсию. Всего не расскажешь! Израиль и Палестина, Иордания и минные поля. Крещение в Иордане, купание в Мёртвом море! Голгофа и Стена Плача! Да, я наверное до сих пор до конца не осознал, где я был!
Я стоял у Стены Плача и просил у Господа выполнить мою маленькую просьбу!
Я смотрел на кладбище праведников! Я был в Иерусалиме!
Единственное, что омрачало моё настроение – я был там без тебя!
Понимаешь? Без тебя!
Жаль. Очень жаль…
Одиннадцать часов по местному времени. Бар закрыли. Я пошёл к себе в номер убить оставшиеся три часа. Спать не хотелось. Включил телевизор. Показывали какой-то фильм. А я видел только тебя, купающеюся в голубых волнах. Я видел тебя на золотистом песке пляжа Клеопатры. Я видел тебя. Только тебя. Тебя…
Автобус ТезТура привёз нас в Анталию. Настало время покидать гостеприимную Турцию и лететь в Питер. Отдых закончился. Только я очень не хотел, чтобы закончилось то, что связывало меня с этой удивительной страной. Как только я попал в аэробус, уселся в кресло и пристегнулся, сказывалась бессонная ночь. Я уснул ещё до того, как включились двигатели самолёта и он начал медленно выруливать на взлётную полосу. Я не знаю, что это было сон или воспоминания, переворачивающие наизнанку мою душу? Но опять, в который раз моя голова, моё сердце было заполнено только тобой!
Мы плавали и разговаривали. Плавали и разговаривали. Иногда ты уплывала далеко, объясняя это тем, что тебе надо побыть одной. И я барахтался один, лежал на волнах и смотрел на синее, бескрайнее небо, на редкие белые облака, проплывающие над моей головой, зовущие меня в даль, за горизонт!
В один из таких моментов, ко мне подплыла Алёнка и спросила – Можно я назову Вас папой?
Я удивился. А она всё объяснила – к ней прилепился какой-то назойливый, местный турок. Хочет показать удивительные, вечерние виды Алании.
- Конечно можно, - ответил я. И мы стали купается в месте. Алёна боялась отплывать далеко. Боялась назойливого турка.
Потом к нам подплыла ты. Потом назойливый турок. На ломаном русском, он просил вечером отпустить с ним нашу дочь. Получив категорический отказ, он обиделся и поплыл на соседний пляж, искать красивых девушек там. Вот такие дела.
Раза два, мы вечером гуляли втроём по вечерней Алании. Ты нежно держалась за мою руку. А я был на седьмом небе от счастья!
Однажды ты взяла на прокат трёхколёсный аккумуляторный велосипед. Кажется, на полтора часа. Чтобы Алёнка покаталась. Это было здорово! Она несколько не боялась, как амазонка носилась по набережной среди пальм и фонарей, умело объезжая прогуливающихся туристов. Именно она и настояла, чтобы мы тоже покатались. Я взял тебя за руку, поставил перед собой и мы поехали! Ты держалась за руль, а я жал на газ или тормоз, смотря по обстоятельствам. И мы катались! Было здорово!
Позже ты призналась мне, что была приятно удивлена моим широким плечам. Хотя какие они широкие, просто я высокий и руки длинные, вот и всё.
Не знаю снилось мне всё то, что было с нами или я просто вспоминал через дрёму, пока рассудок ещё не отключился окончательно. Но было просто прекрасно – просто вспоминать!
Как-то после обеда мы с тобой сидели на террасе в гостинице. Я тебе, что-то рассказывал. Кажется, сказку Макса Фрая, про маленького динозаврика, который превратился в белое, пушистое облачко. Кстати, иногда, при большом желании его можно увидеть в бескрайнем небе, над моей головой. Ну так вот, ты практически задремала, положив голову на моё плечо. Мне хотелось тебя обнять. И я наверняка осмелился бы это сделать, но пришла Алёна и позвала нас на пляж. Ты встрепенулась и мы пошли купаться. Опять же, позже, ты сказала, что тогда со мной тебе было спокойно и уютно. А сказка на тебя подействовала усыпляюще. А мне, как всегда было с тобой очень хорошо!
Принесли обед и меня разбудили. Самолет летел. Пассажиры кушали. Пообедал. И снова вспоминал. Как мы гуляли и купались. Ты смотрела на мои руки. Потом призналась мне, что очень хотела ощутить их объятия. Я вспоминал. И это было здорово – вспоминать и мечтать…
Сердце бьётся сильнее, когда думаю о тебе. Когда представляю тебя на побережье Средиземного моря в далёкой Турции. И это здорово! Значит живу! Значит дышу! Значит будем жить!
На тонкой нитке солнышко висело.
Под облаками о лете тёплом пело.
К ней в гости тучка заплывала.
Как на качелях солнышко качала.
Утреней росой нежно умывало.
Ветерок – шалун мимо пролетал.
Радугой из звёзд солнце накрывал.
Что б ни простудилось. Ночью не раскрылось.
Ну а утром вновь сверкало и искрилось.
В небе голубом смеялось, веселилось!
Сентябрь 2014.
Закружил февраль, заарканил –
Театр, кино, аквапарк.
Летящий Амур в сердце ранил.
На вылет. Бывает и так!
Любовь вонзится стрелою,
Растопит лёд без следа.
И вырвется птицей на волю
Из клетке рёбер душа!
Взлетит, отогревшись в сиянье,
В лучах твоих сказочных глаз.
Чтоб пролететь расстоянье,
Досель разделявшее нас!
Март 2015.
Крепкий кофе, стихи, сигарета.
Тревожный рассвет в дали.
Я вспоминаю минувшее лето –
Неспетую песню нашей любви!
Ветер гоняет листья,
По закоулкам двора.
Осень походкой лисью,
Крадётся издалека.
Клёны стоят краснея,
От наготы рябин.
Кисть взлетает смелее,
Над полотном картин.
Я знаю, всё повторится –
Южный берег, солнце, прибой.
Ночью, ты стала мне снится -
Ангел мой неземной!
Разлука пройдёт незаметно.
Пусть тебя не коснётся печаль.
- Шепчу еле слышно, заветно,
Смотря в рассветную даль…
А ветер гоняет листья,
По уголкам двора.
Осень походкой лисью,
Крадётся издалека.
Клёны стоят краснея,
От наготы рябин.
Кисть взлетает смелее,
Над полотном картин.
Ноябрь 2014.
Твой взгляд – изумлённый и нежный!
Твой взгляд – манит, пьянит!
Февраль задумчивый, снежный,
С тобою меня закружит!
Твоей улыбкой согреюсь!
Нежностью губ – не напьюсь!
Я просто люблю и надеюсь!
К своей любимой стремлюсь!
Я солнышко нежно в ладошках,
Тебе одной привезу!
И счастье собравши по крошкам,
Тебе одной подарю!
Твоей улыбкой согреюсь!
Нежностью губ – не напьюсь!
Как Одиссей, я надеюсь!
К своей Пенелопе, стремлюсь!
Март 2015.
