Бой отшумел... Пылают танки.
Синь неба застит чёрный дым.
Вот медсестричка тащит санки,
Стремясь успеть к ещё живым.
Рубеж недавней обороны
Перешерстить обречена,
Ориентируясь на стоны,
Шукает раненых она.
От взрывов бомб кругом воронки.
И целых тел наперечёт.
На хрупкой психике девчонки
Сам Сатана чечётку бьёт!
Но всё ж идёт, ругая люто
Вслух ненавистного врага,
Простая девушка Анюта,
Не замечая смерти будто,
Лишь зная: каждая минута
На поле боя дорога!
Вот рядом слышится:
– Сестричка...
– Сейчас, сейчас... Терпи, солдат...
В трёх метрах танк горит, как спичка...
«Кто ж знал, что танки так горят!»
От дыма едкого не ропщет,
Подтёки слёз стерев с лица,
В кромешной мгле, почти на ощупь,
Находит девушка бойца.
– Ух, как тебя! Вот паразиты!
Ну, ничего... Как звать?
– Владлен.*
У Влада ноги перебиты
Как раз на уровне колен.
В медчасти смогут починить их!
Беда в другом: у мужика
Висит, буквально как на нитях,
На сухожилиях рука…
И кровь из раны так и хлещет!
Но прежде чем перевязать,
Хоть что-нибудь, хоть нож, хоть клещи
Нужны… Да только где ж их взять?
Три дня назад последний скальпель
Нашёл в протёртой сумке брешь
И проскочил в неё, предатель!
Теперь чем хочешь, тем и режь…
Вокруг пошарила глазами,
Не утолив свою корысть:
«Да что, в конце концов, зубами
Мне эту руку что ли грызть?!»
Но на вопрос не ждя ответа,
Всю волю вмиг сгребла в горсти,
Вдруг осознав, что только это
И может их сейчас спасти.
– Что, папа с мамой – коммунисты,
Раз имя дали в честь вождя?
А про себя: «Да отвернись ты!
Как при тебе мне грызть тебя?»
И сноп огня глотнув из фляги
До ощущения костра,
Тотчас в живую плоть бедняги
Вонзила зубы медсестра.
Не без труда обставив дело,
Бойцу сказала:
– Что там, глянь!
Не видел он, как полетела
В окоп оторванная длань.
Потом, полив из фляги той же
На раны спирта чуть не штоф,
Спустила ленту ей самой же
Намедни стираных бинтов.
И вот уже собрались было
Они с бойцом в обратный путь,
Как ухо Ани уловило
Тяжёлый стон, пронзивший грудь.
Ещё один без «воли свыше»
От ран оправиться невмочь...
Пусть без сознания, но дышит!
«Как мне двоих-то вас волочь?»
Но медсестре сам чёрт не страшен!
«Раз так, – решает Аня, – пусть!
Вот одного доставлю к нашим,
Тогда и за вторым вернусь...»
И погрузив бойца на санки,
Берёт их словно под уздцы.
Да так, что на руках от лямки
Вмиг образуются рубцы.
Но тянет, тянет Аня ношу,
Приободряя «груз» порой:
– Держись, родной! Держись, хороший!
И помнит: «Там ещё второй!»
Ну, вот и всё!
– Вишь, как министра,
Тебя домчала в аккурат!
Ты полежи-ка здесь, я быстро...
И вот уже бежит назад.
Оставив Влада у дубравы,
Вмиг обернулась, стрекоза…
Глядь, а её солдатик бравый
Пришёл в себя! Открыл глаза!
И сразу как-то сил у девки
Вдруг стало больше во сто крат!
Аж потянуло на припевки:
– Эх, прокачу сейчас, солдат!
Переложив его на сани,
Забинтовала крепко таз
И потащила с поля брани,
Продолжив свой игривый сказ:
– Вон видишь, паря, ту дубраву –
Там нас с тобою ждёт крюшон!
Вдруг слышит Аня:
– Danke, frau...
Ich heise Günter... Danke schon!**
От этих слов девчонку будто
Взрывной отбросило волной...
– Так ты фашист?! – сестра Анюта
Аж не узнала голос свой.
«Он – враг! Он – враг! Подумать только,
Жестокий, страшный, подлый враг!
Не Гришка, Ванька или Колька,
А Гюнтер! Мать его растак!»
Да, не смогла к своей стыдобе
Анюта вычислить его:
Он, как назло, в танкистской робе,
Где знака нет ни одного...
Ей присмотреться бы построже
К отливу вражеской щеки –
Ну никогда так чисто рожи
Не бреют наши мужики!
К тому ж, болтаясь на цепочке,
Торчит (начищенный при том!)
Из-под лоснящейся сорочки
С чужой символикой жетон.
И вот уже за автоматом
Ручонка тянется её...
К суду над вражеским солдатом
Долг пред убитыми зовёт!
Ни тени страха иль сомненья:
За свой народ! За край за свой!
Ещё, казалось бы, мгновенье –
И грянет выстрел роковой…
Но груз привычного приклада
Вдруг стал неслыханно велик,
Как только два горящих взгляда
Случайно встретились на миг....
«Мы оба с ним сейчас в беде ведь...
К тому же, как учила мать:
Нельзя одной рукою клеить,
Другою тут же разбивать!»
И потащила дальше, дальше,
За шагом шаг, за пядью пядь,
Того, кого минутой раньше
Была готова расстрелять.
И расступилось Мирозданье,
Дав коридорчик небольшой
Такому хрупкому созданью
С такой громадною душой!
Шла медсестра, ещё не зная,
Что рушит времени брега,
От верной гибели спасая
Врага…

* Владлен – производное от «Владимир Ленин».
** Пер. с нем.: «Спасибо, госпожа... Меня зовут Гюнтер... Большое спасибо!»